Осенняя прекрасная Норвегия, пасторальный маленький домик, тихая жена священника Ева пишет письмо матери. В письме она упрашивает мать приехать к ним с мужем в гости.
Шарлотта, пианистка с мировым именем, приезжает к дочери, улучив недельку в своем плотном гастрольном графике. Они не виделись семь лет, но ощущение, что они вообще никогда не видели друг друга.
Скромная, с детскими глазами за очками, Ева и ее роскошная, уверенная, энергичная мать. Контраст поражает. Однако за фасадом фраз “милая мамочка” и “дорогая моя Ева” скрываются гнойные нарывы, волю которым, конечно, Бергман обязательно даст. Остается только ждать.
Сначала хук справа — в доме Евы живет парализованная младшая дочь Шарлотты, которую ту в свое время упрятала в пансионат. Это шок. Видеть больную дочь и вновь ощущать вину для Шарлотты невыносимо.
Хук слева — ночь откровений, в которую Ева вываливает на мать все свои накопившиеся за 30 с лишним лет обиды. Один за другим летят удары, упреки, обвинения. Невысканная боль находит высвобождение. Ева орет так, что будит остальных домочадцев.
Чувствует ли себя Шарлотта виноватой в том, что всегда жила ради себя? Вряд ли, но ей страшно. Страшно от той ненависти, которая обрушивается на нее, привыкшую купаться в любви и славе. Да еще от кого, от собственной дочери.
Единственный вариант для Шарлотты решить этот конфликт, такой привычный, просто сбежать. На следующее утро она уже удирает на поезде прочь к концертам, поклонникам, а Ева пишет новое письмо и начинает с очередных “дорогая мамочка”.
Каждая из них не выросла, каждая из них не получила опору и поддержку для этого в детстве. Они обе неприятны в своей жестокости и не умеют по-настоящему любить. Потрясающие Лив Ульман и Ингрид Бергман в очень камерном, тесном, бергмановском фильме Ингмара Бергмана.
